Дело о неосторожном котенке [= Дело о беззаботном котёнке ] - Эрл Стенли Гарднер

Открылась дверь, и в палате появилась медсестра в тщательноотглаженной и накрахмаленной форме.

– Больная не должна волноваться, – предупредила она. – Ейвообще не следовало бы принимать посетителей. Вы можете находиться здесь неболее нескольких минут.

Матильда повернулась к медсестре с гневным видом:

– Со мной все в порядке. Пожалуйста, оставьте нас.

– Но врач…

Матильда Шор жестом показала на дверь, словно королеваотдавала приказ подданной. Медсестра с минуту колебалась.

– Мне придется поставить врача в известность, – наконецсказала она и вышла из палаты.

Матильда снова посмотрела на Хелен Кендал.

– Итак, он звонил тебе, а ты и словом не обмолвилась. И этотвоя благодарность. Десять лет я только тобой и занималась, а ты…

– Понимаешь, Матильда, она подумала, что, не исключено, этосамозванец, – быстро перебил Джеральд Шор, – поэтому она не хотела тебя зря беспокоить,а решила вначале удостовериться.

– Но почему он позвонил ей?

– Вот в этом-то все и дело, – попытался объяснить ДжеральдШор. – Все указывало на то, что звонил не Франклин, а какой-то самозванец,которому что-то нужно от нашей семьи. Мы подумали, что лучше все выяснитьпоподробнее перед тем, как сообщать тебе.

– Я не ребенок.

– Я понимаю, Матильда, но я решил, что так будет лучше.

– Хм!

– Он особо обратил мое внимание на то, что я не смогу с нимвстретиться, если в точности не выполню его указаний, – заявила Хелен Кендал.

– Так вы встретились с ним? – спросила Матильда Шор, несводя глаз с племянницы.

– Нет. Нас должен был отвести к нему мужчина по фамилии Лич.Но что-то произошло, и Лич не смог этого сделать.

– Это Франклин, – уверенно сказала Матильда Шор. – Как раз вего стиле: избирает обходной путь, связывается с Хелен, играет на ее эмоциях,вызывает у нее симпатию, чтобы она вступилась за него передо мной. Передай ему,чтобы он прекратил прятаться за женскими юбками и открыто встретился со мной. Уменя есть, о чем с ним поговорить. Я сразу же подам на развод, как только онпокажется. Я жду этого уже десять лет.

– Надеюсь, ваше отравление не опасно, миссис Шор? –обратился к ней Мейсон.

Она повернулась к адвокату и заявила:

– Отравление всегда опасно.

– Как это случилось? – решил выяснить Джеральд Шор.

– Взяла не ту бутылочку. Вот и все. У меня в аптечке стоитсердечное и снотворное. Перед тем как лечь спать, я выпила стаканчик портера,затем пошла за снотворным. Взяла не ту бутылочку.

– Когда вы заподозрили, что взяли не ту бутылочку? –поинтересовался Мейсон.

– Начались спазмы. Я вызвала Комо, велела ему заводитьмашину, звонить моему врачу и везти меня в больницу. У меня хватило ума выпитьводы с горчицей, чтобы меня вырвало, и таким образом, по возможности, очиститьжелудок. Я рассказала врачу, как в темноте ходила к аптечке за снотворным послетого, как выпила портера, и взяла не ту бутылочку. Не думаю, что он мнеповерил. Но, по крайней мере, он занялся делом. Теперь со мной все в порядке. Яхочу, чтобы вы все держали язык за зубами насчет отравления. Мне совсем нетребуется, чтобы полиция копалась в моей жизни. Мне нужно найти Франклина.Давайте вытащим его из подполья.

– А вы не задумывались над тем, миссис Шор, что возвращениевашего мужа может быть каким-то образом связано с двумя случаями отравления ввашем доме? – обратился к ней Мейсон.

– Двумя? – удивилась Матильда Шор.

– Котенок и вы.

Матильда Шор несколько секунд неотрывно смотрела на адвоката,а потом заявила:

– Чушь собачья! Я просто взяла не ту бутылочку, вот и все.

– Я спрашиваю вас, не приходило ли вам в голову, что напитокмог быть отравлен?

– Я повторяю, что взяла не ту бутылочку.

– Но разве вы не считаете нужным предпринять что-нибудь поэтому поводу? – настаивал Мейсон.

– Что, например?

– По крайней мере, обеспечить, чтобы не было повторений.Если кто-то попытался лишить вас жизни, несомненно, следует принять какие-томеры.

– Вы имеете в виду обратиться в полицию?

– Почему бы и нет?

– Полиция! – воскликнула Матильда Шор с упреком в голосе. –Я не позволю им копаться в моих делах и сообщать в прессу то, что касаетсятолько меня. Так всегда происходит: ты обращаешься в полицию за помощью, акакой-нибудь идиот, желающий увидеть свою фотографию в газете, бежит крепортерам и все им разбалтывает. Не пойдет. Да и случай не тот: я простодопустила ошибку.

– К сожалению, миссис Шор, после того, что произошло сегоднявечером, огласки не избежать, – заметил Мейсон.

– Что вы имеете в виду?

– Мужчина по фамилии Лич, который должен был отвести нас квашему мужу, не сделал этого.

– Почему?

– Потому что его остановили.

– Каким образом?

– Пулей тридцать восьмого калибра в левую часть головы.Стреляли, когда Лич сидел в машине, поджидая нашего появления.

– Вы хотите сказать, что он мертв?

– Да.

– Его убили?

– Очевидно.

– Когда?

– Мы точно не знаем.

– Где?

– Рядом с резервуаром за Голливудом, в горах.

– А кто такой этот Лич? Как он связан со всем этим делом?

– Очевидно, он был другом вашего мужа.

– Почему вы так думаете? Я никогда о нем не слышала.

– Когда Франклин позвонил Хелен, он велел ей связаться смистером Личем и сказал, что мистер Лич отведет ее к самому Франклину, –вставил Джеральд Шор.

Матильда повернулась к Хелен Кендал.

– Пусть мужчины выйдут, – приказала она. – Хелен, достаньмои вещи из шкафа. Я одеваюсь и еду домой. Если Франклин объявился, онобязательно направится в наш дом, пытаясь ко мне подлизаться. Я десять летждала этого и не намерена оставаться взаперти в больнице, когда этот моментнаконец наступил. Я ему покажу, что значит бросать меня!

Мейсон явно не собирался уходить.

– Боюсь, что вам потребуется разрешение лечащего врача. Еслине ошибаюсь, медсестра пошла ему звонить.